Лев Иванович Филатов: "Наедине с футболом" (1977)


Итак, симпатии либо подавлены и забыты, либо глубоко спрятаны, и ни одна живая душа о них не ведает. И журналист толково и бойко исследует роль игроков середины поля, истолкования универсализма, достоинства длинного паса, аритмию, зонную оборону, интенсификацию всех операций. Что ж, это в порядке вещей. Уж если профессионально занялся футболом, то нечего воротить нос от скучных материй, изволь в них разбираться, быть готовым выслушать и понять тренера и игрока и поспорить с ними, и, насколько это возможно и нужно, чувствовать себя с ними на равных. Без этого трудно не только существовать в футбольном мире, без этого трудно и писать, потому что матч почти всегда – конкурс футбольного искусства, а мы должностью своей включены в жюри

…Вратарь – фигура парадоксальная. В конечном итоге футбол сводится к тому, чтобы был забит гол. И люди идут на стадионы или приникают к телевизорам в надежде увидеть сей славный миг. Голы показывает кинохроника, за ними гоняются фотокорреспонденты, их описывают во всех подробностях в газетах, обсуждают болельщики, да и сами бомбардиры даже на склоне лет помнят о своих ударах и без конца готовы о них рассказывать. Больше, чем кто бы то ни было, мешает осуществлению заветных чаяний вратарь. Схватывая мяч на белой линии ворот, он обрывает вскрик стадиона, набравшего в легкие воздух, усаживает на место вскочивших. Вратарь как бы стоит поперек игре, она в него утыкается, и когда мяч у него в руках, это значит, что все надо начинать сызнова, что усилия пошли прахом. Но, несмотря на это, человек, не позволяющий забивать желанные голы, который, казалось бы, должен был нас раздражать, сделался фигурой, пользующейся исключительными симпатиями. В этом парадоксе выражена чудесная соразмерность футбола