Лев Иванович Филатов: "Наедине с футболом" (1977)


Одно мне неясно: как бы я написал о том матче, будь он сыгран в «мое время»? Неужто тоже увидел бы в страдающем, метущемся, рискующем Кочеткове нарушителя тактических заповедей? А может быть, восприятие в верхних рядах боковой круглой трибуны непосредственнее и человечнее, чем в служебной ложе? Вот сколько вопросительных знаков! Впрочем, эта интонация к лицу игре Уже после того, как этот отрывок был напечатан в «Спортивных играх», я имел разговор с Иваном Александровичем Кочетковым. Признаться, я не искал с ним встречи. Но в узком учрежденческом коридоре, где мы не могли разминуться, я не мог его не остановить. Мою вводную речь Иван Александрович дослушал едва до половины, он быстро смекнул, что от него требуется, – видно, за четверть века, прошедшие после того матча, ему не раз приходилось отвечать на один и тот же, всегда одинаковый вопрос

В сороковом Андрей Старостин уже сходил – вот как давно это было. В предвоенные годы «Спартак» был единственной величиной, способной противостоять всевластному «Динамо», что и сплачивало вокруг него легионы безведомственных поклонников. Считалось, что он представляет промкооперацию, организацию для большинства неощутимую и малопонятную. Фактически команда представляла любого, кто выбирал ее и вставал на ее сторону. Все знали, что заправляли в «Спартаке» братья Старостины, авторитет завоевавшие не на невидимых служебных лестницах, а на футбольном поле, где они у всех на глазах исправно потрудились. Такой власти болельщики охотно доверяют. Андрей Старостин, третий после Николая и Александра капитан «Спартака» и всех сборных, выводил на поле шеренгу красно белых в 1938–1939 годах, когда они установили не повторенный пока рекорд, забрав дважды подряд и чемпионское знамя и Кубок. Команда состояла из сильных людей, но ни для кого не было секретом, что бразды правления держал центральный защитник, «верховный боярин» Андрей Старостин