Лев Иванович Филатов: "Наедине с футболом" (1977)


Было время, когда я, уже став журналистом, старательно стремился то скрыть свои симпатии к «Спартаку», то подчеркнуто сердито, с преувеличениями его критиковал. Теперь и это ушло, и я с легкой душой признаюсь в том, что некогда смотрел на зеленые поля через красные с белой полоской стеклышки. Став делом, о котором ежедневно размышляешь, говоришь, пишешь, футбол передо мной раздвинулся, вырос, оказался куда богаче, многолюднее и пестрее, чем прежде, – сквозь одну красно белую полоску спектра уже мало что можно разглядеть. Сильный футбол увлекает в любом исполнении, его ищешь, разъезжая по разным городам и странам, симпатизируя то той, то другой команде, то «Торпедо», то «Арарату», то «Динамо» киевскому, то тбилисскому… Когда то я не доверял людям, слишком громко, будто хвастаясь, заявляющим, что они «болеют за хорошую игру». И сейчас знаю, что для многих это удобная и, как им кажется, респектабельная отговорка. Но что это вообще возможно – верю. И благодарен за это своей профессии. Не одни чувства, но и знания руководят нашими симпатиями. Болельщицкая субъективность оборачивается для журналиста ограниченностью, узостью, убогостью – всем тем, от чего скособочивается перо. Объективность журналиста – не притворство, не камуфляж, это его свобода, его квалификация

И вот гол. Из тех, что врезаются в память. Люди, отдающие предпочтение прошлому, считают, что и голы раньше были красивее, вспоминают о них с придыханием. Будто бы? Как то раз сидели мы компанией в гостиничном номере в Севилье, и Николай Озеров, обратившись к Валентину Александровичу Николаеву, промолвил:
– А помните, как вы забили в финале Кубка «Спартаку» в сорок восьмом?
– В падении, головой? – уточнил Николаев. – Помню. Это тогда выглядело редкостью, а сейчас так часто забивают…
Признаться, ответ удивил и обманул ожидания: тот гол Николаева хранился в памяти, как в музейной витрине. Но сказано было честно