Лев Иванович Филатов: "Наедине с футболом" (1977)


Пять голов забили бразильцы сильной, рослой, атлетичной, крепкой, внушительной команде шведов. Все эти голы до сих пор стоят перед глазами. Два первых были разыграны настолько одинаково, что это могло показаться издевательством. Гарринча обманывал растерявшегося, задерганного Аксбома, выходил к линии ворот, делал поперечную передачу, и Вава коршуном выскакивал на нее, опережая защитников, и вгонял мяч в ворота. Третий был чудо гол. Пеле против ворот принял мяч от Н. Сантоса на грудь, пронес его немного вперед и, сбросив на ногу, неотразимо забил. Три шведских защитника, находившиеся рядом, разинув рот, наблюдали за Пеле, как простаки в цирке. И четвертый был оригинален. Загало подал угловой, мяч принял Диди и, вопреки обыкновению, отослал его снова налево Загало. Тот ударил метко под острым углом. Пятый забил Пеле, высоко выпрыгнув на навес Загало на дальнюю штангу

Гол Осянина имеет право считаться искуснейшим, редкостным по исполнению, и те мальчики, которые его видели, наверное, припомнят его много лет спустя, на зависть своим сыновьям. Впрочем, с ним может случиться то же, что с голом Николаева, – точно так же станут забивать многие форварды…
Осянин получил мяч метрах в тридцати пяти от ворот «Динамо». На него кинулся Сабо… Финт вправо и уход влево, Сабо не успел сменить направление движения. На бегу встречает Мунтян. Мимо него мяч проброшен носком (это называется – на противоходе). Ложный замах для удара. Круликовский отвечает подкатом, но мяч чуточку отведен в сторону. Соснихин уже не успевает включиться в борьбу, он, скорее всего, не сомневался, что подкат Круликовскому удастся. Теперь впереди один Рудаков. Он выходит навстречу, и в тот самый момент (опять на противоходе), когда вратарь неустойчив, мяч «щечкой» отправлен в дальний нижний угол…
Обмануть четверых за считанные секунды – одно это обычно вызывает одобрение трибун. А тут еще и мяч в воротах!
Видно было, как трудно свыкаются со счетом 0:1 динамовцы, непривычны они к таким поворотам, да еще на своем поле. Но справились, пришли в себя, даже прибавили движения, еще более осерчали. Сильна трехгодичная чемпионская выучка, крут чемпионский нрав!
И вот он, миг надежды! Штрафной против ворот «Спартака» с 20 метров. Серебряников устанавливает, оглаживает мяч. В том году он немало забил голов резаным ударом в углы ворот. Стадион замер, ждет, потирает руки…
Мяч пущен в правую «девятку», и вслед за ним метнулся Кавазашвили черной пантерой. (Прошу прощения за экзотическое сравнение, но темным вечером именно так выглядел издали прыжок вратаря.) Спартаковцы облегченно расходятся, но судья Хярмс бежит к тому месту, откуда бил Серебряников, и жестом показывает, что удар должен быть повторен: кто то из защищающихся прежде срока выскочил вперед